Завтра будет новый день. Спокойный день, когда можно прийти, сесть и просто побыть с собой. У меня романтическое свидание.
Надоело быть серьезной теткой - работа, дом, всякие переживания, деньги. Хочу учиться, зарываться в библиотеке в альбомы импрессионистов, носить очки и париться по поводу зачетов. Влюбляться и увлекаться. Пожирать недробленный гранит огромной ложкой. Интересно, кто будет меня встречать с пар и таскать тетрадки? :)
А вообще, я же излишне самостоятельная. Так что никто не будет. Никому не нужна женщина, с которой нужно бороться за первенство. Никому не нужна женщина, сама сгибающаяся от своего перфекционизма и независимости.
Что-то я много пишу о себе. Дневник становится похожим на историю болезни.
А вообще, есть друзья. Иногда они обнаруживаются в неожиданным местах, иногда их не оказывается там, где ожидаешь. Приезжайте, я свернусь калачиком у вас под боком и буду говорить о вечном. А потом будем курить сигареты и называть меня дурочкой. И спать в обнимку. Кто-нибудь?

В висках стучат остатки успокоительного, от него хоть пальцы согрелись и их больше не сводит. Еще пара таких ночей и меня ждет Тайлер Дерден и его кислотные поцелуи. Марла... да, единственное, что будет хорошо - это Марла. Она научит видеть во всем этом хоть какой-то смысл, а потом забить на этот смысл болт и просто заниматься тем, чем занимаются все сколько-то миллиардов человек на планете Земля - умирать. Интересно, будет очень странно, если я сейчас оденусь и пойду прогуляюсь, посижу на Грибоедове и погрызу семечки? Но никуда я не пойду. С такой чушью в голове надо сидеть надежно привязанным к креслу, отпиваться чаем с лимоном и выговариваться-выговариваться-выговариваться. Невысказанные мысли вон во что выливаются. А у мужчин еще и в импотенцию и ранние инфаркты.
И почему таких психов, как я, все так легко оставляют наедине с собой? Я вот сейчас себя боюсь. Или за себя, неважно. Физкультурка по утрам и валерианка на ночь. Леденец. Лучше сразу димедрол. Внутримышечно. А еще лучше - по вене. Хоть пару часиков сна, хоть и крайне болезненного. Мда, всем бы лишь бы купить себе бодрости. Что же, занимайте у меня, у меня этого добра... на несколько не очень здоровых голов хватит. А мне дайте покоя. Сна. И... заботы, что ли. Как называется это чувство, когда кто-то сидит рядом с тобой и молчит? Молчит по-доброму, мягко, успокаивающе. Или качает на коленках. Да, помню, когда-то я кому-то сказала, что любовь - это когда есть кому положить голову на колени. Да, только теперь любовь - это еще и колени, которые всегда к тебе примчатся, чтобы ты мог положить на них голову. Абстрактные колени нам ни к чему. Они бессмыслены и самозациклены (есть такое слово?). Короче, я брежу.
Может мне кто-нибудь объяснить, почему мне некому позвонить и сказать "приезжай", даже не задумываясь, что человек мне может отказать?

Раздобыть бы кучу денег... тогда я бы смогла уехать, уехать далеко и никогда больше не беспокоиться о том, как выгляжу. Я бы поехала во Францию, снимать парижских клошаров и случайные улыбки девушек, кусающих круассаны. Потом я бы отправилась в Рим и засняла там всех гусей и всех мальчишек, бегающих с голыми пятками. Они бы смеялись над моим любопытством и норовили скорчить рожицу в объектив. Не гуси, конечно. Потом была бы суровая Великобритания, где я бы ловила старых джентельменов - с тростью и в цилиндре, а когда это бы наскучило, то взяла бы машину и укатила на север, искать тюленей на каменистых берегах, пить в пабах крепкий эль и с наслаждением прислушиваться, как местные произносят звук "р". К сожалению, камера не может передать этого ни с чем не сравнимого звука. Но я бы хотела заснять местных девчонок - светло-рыжих, беззубо улыбающихся и так непохожих на южных мальчишек.
Я бы носила застиранные штаны цвета хаки, растянутую мужскую футболку и рубашку. И собирала бы волосы в хвост, так удобнее спрятать их под кепку. Я бы больше не пользовалась косметикой. И никогда и никому не пыталась понравится. Если бы кто-то решил издать альбом моих снимком, я бы больше не приезжала. А проявленные снимки отправляла бы друзьям и в детские дома по всему миру, чтобы дети видели, каким прекрасным и разнообразным может быть этот мир, и не замыкались на собственном маленьком мирке. Чтобы у них всегда был повод помечтать.
Я бы хотела посидеть на утесе, когда занимается шторм, и выкурить сигарету. Я бы хотела, чтобы мимо проходящий человек угостил меня глотком воды. Я бы хотела ночевать на сеновале у какой-нибудь богобоязненной крестьянской семьи. Я бы хотела узнать, как зовут куклу их любимой дочки. А потом уехать в большой город, познакомится с первым встречным в кофейне и пойти купаться в фонтан.
Вот только раздобыть бы кучу денег... чтобы навсегда избавить себя от решения того, что я не хочу решать. Чтобы навсегда стать одиночкой. Чтобы испаряться раньше, чем место, время или человек успеет тебя привязать. Чтобы купить тысячу воздушных шаров и плюшевого мишку. Самой себе. Потому что эгоистично, потому что хочется.

11 декабря на Разьезжей улице будет чудо. Все пресс-релизы, все громкие слова меркнут, стоит только в подходящем настроении одеть наушники, включить его записи и пойти гулять по центру Петербурга. И танцевать с его скрипками, ступать по лужам под аккордеон, прыгать и скакать, вальсировать с первым встречным. Это не музыка. Это запахи свежей булки и мокрого гранита. И той самой горелой листвы, которая к счастью.
Беззастенчиво надеюсь на две вписки. Беззастенчиво надеюсь на свидание. Беззастенчиво хочу влюбиться и целоваться под эти звуки.

Сегодня проносясь едва занимающимся утром по Невскому проспекту на секунду я была выбита из колеи. Этот снимок не просто приковывает к себе, он заставляет подойти ближе на негнущихся ногах, припасть к стеклу лбом и смотреть-смотреть-смотреть... и вообще, для меня прогулка в этой части города равносильна медленной пытке на вертеле, слишком высока концентрация прекрасных вещей на квадратный метр пространства (я говорю о той части Невского, которая от площади Александра Невского до площади Восстания, к другой у меня уже иммунитет). Все, кто пытался преодолеть этот кусок Петербурга со мной, заламывали мне руки и закрывали глаза, таща вперед. Но сегодня я впитывала содержимое еще темных витрин одна. Городская сумасшедшая.

З.Ы. на снимке Адриана Лима, если что :)

"...тело человека вырабатывает ЛСД.
-То есть кашу маслом не испортишь?"

Опубликовано с мобильного портала m.livejournal.com

Направо пойдешь - коня потеряешь. Налево - еще что-нибудь потеряешь. Прямо - камень какой-то перегораживает дорогу.


Давно думала, как проще глупить, чем поступать правильно. Только сейчас поняла, что я этого не умею, как давно уже не умею "перепивать" - просто включается внутренний стопор. Уговариваю себя, что это не рамки, а разумные внутренние ограничения. А в тайне завидую всем дебилам, не способным нести ответственность даже за себя. У них так виртуозно получается искать козла отпущения, который потащит этот воз за них, и даже не испытывать при этом угрызений совести. Мне бы так. Но - увы.

Я изменилась за это время. Теперь вижу это совершенно четко. Исчезли беспечность, наивность, я больше не умею так веселиться. И чем дальше, тем становится хуже, доктор. Дайте мне пилюль для забытья. Дайте мне микстуру "пошли всех к черту". Хочу целоваться с дураками и обниматься с толпой. Хочу влюбиться в негодяя. И, пожалуйста, очаровательного, как я люблю: шикарная улыбка, саркастический настрой, острый язык и насквозь червивая душа. Может быть, хоть он вернет мне способность быть просто девчонкой. Или я свое отбунтовала? Нет-нет-нет, верните мне мои пятнадцать лет. Я их так же, но с большим удовольствием, просру.
И, знаешь что? К черту тебя! Особенно тебя. Я не хочу тащить твой воз. Я хочу напиваться и лапать симпатичных девочек за сиськи. Я хочу делать неправильно. И - да, я хочу сидеть на скамейках Ахтунга с ногами! Больше я в этом болоте задыхаться не намерена. Not anymore.

Tweets copied by twittinesis.com

Tweets copied by twittinesis.com