даже, когда всё дерьмово. Я знаю, пройдет.

Опубликовано с мобильного портала ljmob.ru

мне очень
нравится группа Маша и медведи. Слушаю редко, но именно в те моменты, когда именно то самое настроение декадэнса и воскрешения в одной точке распада. Моя любимая песня...

«Маша И Медведи - Земля»
Спи, я завтpа зайдy за тобою после семи.
Я зимнее солнце, и я появляюсь всё pеже и pеже.
Hет, так больно смотpеть, как кpасиво лежишь ты на теле pеки.
Ты боишься меня, ведь мои поцелyи как нож тебя pежyт.

Хэ-эй, Земля
Залей меня
Снегом талым.
Такая любовь yбьёт миp.

Cпи, я завтpа зайдy за тобою с пеpвым лyчом
Я хочy быть слабее, хочy быть с тобою всё чаще и ближе
Я тебя обожгy, но я всё же пpижмyсь своим жаpким плечом
К белым снежным гyбам, и yже никогда, никогда не yвижy

Хэ-эй, Земля
Залей меня
Снегом талым.
Такая любовь yбьёт миp.

Хэ-эй, Земля
Хэ-эй, Земля
Хэ-эй, Земля
Залей меня
Снегом талым.

Опубликовано с мобильного портала ljmob.ru

СЕССИЯ С 8ГО ИЮНЯ, А У МЕНЯ НИХЕРА НЕ ГОТОВО!!!!!!!
ааааа!!!!!!!!!!!!!
что делать что делать что делать???????
сплошная работа, нет времени нормально подготовиться.. фак
Буду в Ростове до 28 июня.
Алкоголь, секс и наркотики не предлагать.

Я ехала в метро по кольцевой, когда увидела сквозь пыльные стекла его: мальчик лет десяти, рыженький и лопоухий, в полосатой маечке. Он смотрел сквозь вагон растерянными глазами, медленно опадая всем своим весом на перрон. Вокруг стояли люди, они не замечали его и спешили поскорее зайти. Мальчик падал, очень медленно и плавно, но это было совершенно точно, коленки подгибались, рука вверх, рука вниз. Сзади бежала женщина с цветами, еще одна женщина в платке, мужчина с удочкой и в резиновых сапогах. А рыженький мальчик уже почти упал, я видела.
Вагон кишел старыми и новыми людьми. Все они готовились к выходу, а кто-то и вовсе плакал навзрыд. Им кидали мелочь в карманы и гладили по плечу. Я тоже хотела плакать, но у меня не получилось, и я лишь смотрела, как это умеют делать другие.
Следующая остановка. Опять новые люди. Зашли бритые, с подтяжками и тяжелыми сапогами. Стоят, озираются. А глаза такие грустные-грустные! Ну, думаю, эти уж точно пару сотен выпросят. Так и есть. Завели свое «Ааааа!!», и давай друг дружку обнимать. Старики над ними больше всех сжалились, каждый по полтиннику в карманы опустил. А тот, который громче всех стонал, больше всех заработал.
Мне стало холодно, я отвернулась. Опять смотрю в окно – девочка лет восьми в розовом платьице, с портфелем в ручках, с бантиками, приседает медленно. Так медленно, что я успеваю заметить чужие туфли на высоком каблуке, которые пачкают ее беленький бантик и стремятся в вагон.
Метро свирепеет, кричит изо всех сил и тужится. В подземке становится туго, хочется снова плакать. А у меня не получается, я только краснею. Рядом стоят влюбленные парочки и целуются. Парень смешно пыхтит и лезет в штаны другому парню, очень красивому. Им все аплодируют и тоже дарят деньги. Почти как на свадьбе. И рядом цыганка стоит и плачет, качая на руках банку с вареньем. Варенье, между прочим, малиновое, мое любимое. Я протягиваю руку, чтобы погладить ее, но меня одергивают влюбленные. «Тсс, не трогай, разбудишь!». Я конечно же отвернулась, смущенная. И даже слезу пустила, только этого никто не видел и денег не дал.
Визг тормозов, двери открываются. Старые люди пятятся назад, впуская новых. На перроне две близняшки, совсем малютки, лет по 5. Держатся за ручки и безмолвно смотрят в двери. Одна из девочек делает шаг вперед, а вторая тянет ее назад. Так они и не зашли внутрь, лишь одежду испачкали. Когда вагон тронулся, я увидела их лежащими на холодном полу, они за руки держались.
Я совсем замерзла и прижалась к окну носом. Сзади кто-то обнял меня за плечи, я заплакала. Краем глаза я заметила грязь под ногтями и морщинистые пальцы, все в старческих родинках. Руки пахли навозом и молоком, они обнимали меня сзади так ласково, что я плакала все громче и громче, срываясь на крик. Я была безутешна. Ласковые руки вытирали мое мокрое лицо, а в карманы пробирались другие руки. Деньги, бумажки, монеты, даже украшения. Чем больше рук лезло мне в карман, тем сильнее я плакала. Будто весь вагон стоял возле меня и старался обнять. Руки, пахнущие одеколоном. С красивым маникюром. С кольцами серебряными и золотыми. Меня ласкали, обнимали все сильнее. Я уже не справлялась с дыханием, и деньги просто сыпались мне на голову. Я открыла глаза и не смогла обернуться, меня придавило чужими людьми, старыми и новыми. Мои ребра скрежетали, мое горло сжималось, моя одежда рвалась. А я все кричала и плакала. Я старела с каждой секундой, а потом умерла. Мне было тогда 48, и когда я чувствовала свою разрывающуюся печень, цыганка поливала меня малиновым вареньем.
А на следующей остановке в вагон вошла девушка, лет 18. Она улыбалась и дарила всем цветы. А кто не хотел их брать, била по щекам.

Блестящая черная иномарка плавилась от скорости и июльской жары, обгоняя по шоссе другие автомобили. Морской воздух в 3D-модели представлял собой вязкий голубой вакуум, в котором барахтались солнечные лучи вперемешку с мошками и пыльцой полевых цветов. Водитель авто вытирал пот со лба побелевшей от напряжения рукой и стряхивал пепел в открытое окно.
Он был очень зол и подавлен. Так зол, что готов был убить первого встречного. Очень хотелось пить, но повсюду – ни души, ни магазина. Только бескрайняя даль и серое море в километре от дороги.
Он ехал уже час, но время растянулось в миллиарды лет. Так всегда, когда жажда царапает горло песком.
Звонок мобильника. Олег недовольно поднимает трубку, не смотря на дисплей.
- Да, еду. Хорошо вчера погуляли, у меня голова деревянная. Кокс кстати бодяженный. Тебе тоже? Да, барыгу убить надо. Там половина наверняка сплошной фен. Найду и яйца отстрелю. Ладно, до связи.
Его желтая майка прилипла к телу, кондиционер не спасал от южной духоты. На соседнем кресле валялись чужие вещи. Дамская сумочка D&G явно китайского производства, круглое зеркальце и пластиковая карта супермаркета О'КЕЙ.
- Сучка, поделом тебе.
Играл микс диджея Коли, бодрый хаусец рвался из динамиков, но Олег ничего не слышал. Ему хотелось разбить стекло и выпрыгнуть из машины, чтобы бежать далеко-далеко и кричать. Громко-громко.
Поворот, до цели сто метров. Одинокая АЗС и маленький магазин «Юлия». Наконец-то.
Он быстро припарковался, захлопнул дверь и уверенным шагом направился в туалет. Справив нужду, он не смог помыть руки – воды в уборной не оказалось. Проклиная всех на свете, он зашел в магазин.
За прилавком жевала сосиску полная женщина лет 45. В красном платье, с грязным фартуком и ярко-накрашенными пухлыми губами. Над коконом ее обесцвеченных кудрей роились мухи. Кожа лоснилась от жирного блеска и обилия тонального крема «Балет». Увидев покупателя, она положила сосиску на калькулятор и приветливо улыбнулась.
- Чего пожелаешь, сынок?
Уставший водитель был настолько изможден жаждой, что опешил от такого приветствия и лишь пробурчал:
- Бутылочку минералки полторалитровую, если можно холодненькую.
Продавщица заохала и пожала плечами.
- Вода только теплая, холодильник сломался уж два дня как, сволочи все никак не починят! Пить хочешь сильно, сынок?
Олег побагровел.
- Да… Есть немного.
- Ну погоди, я сейчас в подсобку загляну, у меня есть еще на кружечку запасов.
Он обессиленно облокотился о прилавок и выплюнул жвачку под ноги.
Женщина вернулась с фарфоровой кружкой, на которой красовалась неровная надпись «Анапа 2007». Она протянула ему кружку.
- Пей, сынок, мне не жалко.
Суровые черты лица Олега моментально расслабились, он жадно ловил каждую каплю прохлады. За две секунды он опустошил кружку и отдал ее продавщице. Его переполняли самые странные чувства. Усталость накопилась в уголках губ, в глазах стояли слезы.
Олег стоял молча, а потом подошел к продавщице и обнял ее крепко-крепко, а потом поцеловал в накрашенные губы и ушел. Быстро-быстро.

Блестящая черная иномарка плавилась от скорости и июльской жары, обгоняя по шоссе другие автомобили. Морской воздух в 3D-модели представлял собой вязкий голубой вакуум, в котором барахтались солнечные лучи вперемешку с мошками и пыльцой полевых цветов. Водитель авто вытирал пот со лба побелевшей от напряжения рукой и стряхивал пепел в открытое окно.

Он был очень зол и подавлен. Так зол, что готов был убить первого встречного. Очень хотелось пить, но повсюду – ни души, ни магазина. Только бескрайняя даль и серое море в километре от дороги.

Он ехал уже час, но время растянулось в миллиарды лет. Так всегда, когда жажда царапает горло песком.

Звонок мобильника. Олег недовольно поднимает трубку, не смотря на дисплей.

- Да, еду. Хорошо вчера погуляли, у меня голова деревянная. Кокс кстати бодяженный. Тебе тоже? Да, барыгу убить надо. Там половина наверняка сплошной фен. Найду и яйца отстрелю. Ладно, до связи.

Его желтая майка прилипла к телу, кондиционер не спасал от южной духоты. На соседнем кресле валялись чужие вещи. Дамская сумочка D&G явно китайского производства, круглое зеркальце и пластиковая карта супермаркета О'КЕЙ.

- Сучка, поделом тебе.

Играл микс диджея Коли, бодрый хаусец рвался из динамиков, но Олег ничего не слышал. Ему хотелось разбить стекло и выпрыгнуть из машины, чтобы бежать далеко-далеко и кричать. Громко-громко.

Поворот, до цели сто метров. Одинокая АЗС и маленький магазин «Юлия». Наконец-то.

Он быстро припарковался, захлопнул дверь и уверенным шагом направился в туалет. Справив нужду, он не смог помыть руки – воды в уборной не оказалось. Проклиная всех на свете, он зашел в магазин.

За прилавком жевала сосиску полная женщина лет 45. В красном платье, с грязным фартуком и ярко-накрашенными пухлыми губами. Над коконом ее обесцвеченных кудрей роились мухи. Кожа лоснилась от жирного блеска и обилия тонального крема «Балет». Увидев покупателя, она положила сосиску на калькулятор и приветливо улыбнулась.

- Чего пожелаешь, сынок?

Уставший водитель был настолько изможден жаждой, что опешил от такого приветствия и лишь пробурчал:

- Бутылочку минералки полторалитровую, если можно холодненькую.

Продавщица заохала и пожала плечами.

- Вода только теплая, холодильник сломался уж два дня как, сволочи все никак не починят! Пить хочешь сильно, сынок?

Олег побагровел.

- Да… Есть немного.

- Ну погоди, я сейчас в подсобку загляну, у меня есть еще на кружечку запасов.

Он обессиленно облокотился о прилавок и выплюнул жвачку под ноги.

Женщина вернулась с фарфоровой кружкой, на которой красовалась неровная надпись «Анапа 2007». Она протянула ему кружку.

- Пей, сынок, мне не жалко.

Суровые черты лица Олега моментально расслабились, он жадно ловил каждую каплю прохлады. За две секунды он опустошил кружку и отдал ее продавщице. Его переполняли самые странные чувства. Усталость накопилась в уголках губ, в глазах стояли слезы.

Олег стоял молча, а потом подошел к продавщице и обнял ее крепко-крепко, а потом поцеловал в накрашенные губы и ушел. Быстро-быстро.

Холодное лето впереди. Серые стекла, пыльный асфальт, блёкло и уныло. Ядерные грибки на фоне кишащего калловыми массами мегаполиса. Прыгающие с крыши девятиэтажки школьницы в синих платьях. Под цвет неба.

Но это хуетень.

Главное - музыка. Согреет всегда.

Вчера посмотрела фильм Сергея Мокрицкого "Четыре возраста любви". Долго думала, думала. То есть задачу автор решил.
Действительно, сильные картинки. В каждой - о своем. Кино не претендует на лавры кинокритиков, но любовь зрителя уже кажется завоевало.
"Осень" - мне почему-то напомнило "Криминальных любовников" Озона. Очаровательная девчушка.
"Зима" - обожаю Ахеджакову. Трогательно, до слез, я сначала подумала, что она умирает и хочет скрыть это от родных. А потом бах! :)
"Весна" - любимый сюжет. Мне так захотелось обнять двух несчастных женщин, утешить их... А эта красная помада! А эти старики...
"Лето" - Серебряков могуч. С этим огромным камнем, и круги по воде длиною в столетия. Пресвятая Богородица, спаси и сохрани.

Фильм отличный. Это русская лента, за которую не стыдно.

Этот ее новый альбом "I Feel Cream" потряс меня не менее, чем Модератовский.
Она вызывает в моей душе бурю сексуальной агрессии. Когда я смотрю ее видео на мою любимую Talk to Me, мне хочется взять ее за блондинистый чуб и потаскать :))
Все ее предыдущие альбомы у меня есть. Каждый заслушан до дыр. Наверное, я ее фанатка.
Как было бы прекрасно, если бы она приехала с гастролями в Россию. Уверена, в РФ ее любят так же горячо, как в Америке и Европе.
Она прекрасна :) 

Вы знаете, мне сегодня приснился Лоран Гарнье :) Это наверное к чему-то хорошему.