«Я сразу подумал, что такую музыку очень будет круто исполнить живьем» — говорит Алекс Гиффорд, когда впервые услышал ранние брейки Chemical Brothers в первой половине 90-х и очень скоро (фортуна!) он встретил барабанщика Уилла Уайта — своего младшего компаньона, страсть к ритмам которому досталась по наследству от отца-джазмена.

Примерно в ‘94 году и образовалась группа с причудливым названием Propellerheads. И не менее странным набором для лайва: вертушки, гитара, электроорган, барабанная установка. Вертушки для скретчей и семплирования любимых фанковых кусков, барабаны поверх заготовленных ритмов. Промоутером дуэта стал их общий друг. «В тот же день он нам заявил, что у нас намечено выступление и флаера уже напечатаны. Ну что, собрали мы свои манатки и сыграли все живьем. И народу понравилось! Как же он сходил с ума той ночью!». И прежде чем записать свой первый миньон Dive, они провели больше трехсот таких крышесносящих выступлений и, заинтересовав рекламные агентства, накопили на студийную запись первого альбома.

А потом, благодаря хитам Chemical Brothers, Prodigy и Фэтбой Слима, биг бит в конце 90-х стал национальным британским достоянием и кинематографичная музыка «ботаников» (а именно такой смысл заложен в названии группы) пришлась ооочень ко двору. Правда, недолго. Биг бит с наступлением двухтысячных выветрился и никто из прославивших его музыкантов не смог зайти с такими треками повторно. Гиффорд ушел в джаз и хип-хоп, а Уилл Уайт в хаус-музыку.