[ЖизнЬ]
Глава 1.
"Понедельник"
В дверь упрямо звонят. Я на бегу надеваю домашнее платье и подскакиваю к двери, смотрю в глазок. В подъезде темно и ничего не видно. Не задумываясь, я открываю дверь и замираю в ужасе.
- Хэй, солнце, чего такая напуганная? – он с улыбкой заходит в квартиру.
- Ты… ты же умер, Ян… - я отхожу назад, не веря своим глазам.
- Оу…да, пожалуй, умер. Я напугал тебя, прости, солнце. Но мне там скучно одному. Я пришел тебя навестить, - он снова улыбается.
- А как же Кира?
- А что Кира?
- Ян, она умерла. Ее машина сбила.
- Как умерла?! Она обещала мне жить! – он начинает злиться.
- Ян, успокойся! – я делаю шаг к нему, но он все дальше и дальше от меня…
- Яяяяян! – вскрикиваю я, садясь в постели.
Так, все, успокойся. Это сон, простой сон, очередной кошмар. Я вытираю слезы, которые катятся по щекам. Все нормально, все хорошо. Беру в руки мобильник, 05:30 показывают часы на экране, понедельник. Я встаю, тянусь за бутылкой минералки, делаю пару глотков, сажусь на окно и закуриваю сигарету. Очередная пустая пачка черного Style летит под окна. Я беру маленький календарик, лежащий на подоконнике, и зачеркиваю в нем сегодняшний день. 47 дней прошло с его смерти. И все ночи подряд мне он обязательно снится. Надо будет сходить в церковь… Я глубоко вздохнула, затянулась в последний раз и, бросив окурок вниз, спустилась с окна. Надо сварить кофе. Налив в джезву чистой воды и поставив ее на медленный огонь, я пошла в ванную, надо принять душ. Долго нежиться под каплями прохладной воды я не стала, на плите наверняка уже давно все выкипело. Я права, замечательно, кофе я не попью. Ладно, обойдемся водой. Насыпав коту очередную порцию вискаса, я включила телевизор и стала смотреть новости. Опять ничего нового. Со злостью выключив телевизор, я бросила пульт на диван. Так, стоп, надо успокоиться. Да кому на хрен все это надо?! Надо. Надо. Надо. Ничего не надо, ничего не хочу!!! Ничего не могу хотеть… на кресло прыгнул кот и громко мяукнул.
- Чего тебе надо, Томас? – строго спросила я.
Он потерся своей плюшевой головой о мое плечо. И я сразу почувствовала себя виноватой.
- Прости, Томаш, я не хотела, - я взяла его к себе на руки и стала гладить, - Глупая, глупая Лера никак не может свыкнуться с мыслью о их смерти, о его смерти… Действительно глупая!
Я резко встала, бросая кота на пол. Он посмотрел на меня сочувствующим взглядом и запрыгнул на диван. А я пошла к зеркалу, надо вставить линзы. Зрение у меня – 3, очки я ношу редко, чаще всего линзы. Я подошла к зеркалу в ванной, включила воду, вымыла руки, которые слегка тряслись.
- Черт, опять боюсь смотреть в зеркало! Трусиха…
Я подняла глаза к зеркалу. Синяки под глазами стали почти черными. Хм, наверное, сердце шалит. И правда, последнее время у меня резко падает давление, болит голова, бывает, кровь идет из носа… А ладно, сбросим все на неимоверную жару! Одев линзы, я пошла в свою комнату за одеждой и косметикой. Закрасив синяки под глазами маскирующим карандашом, подкрасив ресницы тушью, попудрив носик, я подошла к шифоньеру. Интересно, а почему шифоньер? Что означает приставка «ши»? Хотя какая мне разница? Я пожала плечами. Абсолютно никакой! Надев черное платье и взяв шелковый шарфик, я посмотрелась в зеркало. В отражении на меня смотрела девушка. Вид у нее был усталый, темно-рыжие волосы потускнели, бирюзовые глаза отдавали болью. Я со злостью захлопнула дверь шифоньера! Сумка, кошелек с деньгами и сотовый телефон. Ах да, шарфик в сумку. Я прошла в прихожую, обула балетки. Закрыла квартиру и сбежала на свежий воздух. Именно сбежала! А вот и такси.
- До Атлета подбросите? – я улыбнулась водителю.
- Лера, мы же договорились на «ты», - Алексей, так звали водителя, открыл мне дверь, - Ты куда так рано?
- В церковь, - ответила я, пристегивая ремень.
- Ого, а зачем?
- Мне надо. Прости, но это личное.
- Хорошо.
Через 10 минут мы подъехали к церкви. Как-то не очень уютно я себя чувствую в этом помещении. Отдав 60 рублей Алексею, так, чисто для приличия, я отстегнула ремень и вышла из машины.
- Лера, подожди! – окликнул он меня, выходя из машины и ставя ее на сигнализацию, - Я с тобой, можно?
- Да, Алексей, можно, - я поневоле улыбнулась.
Подойдя к церкви, я накинула шарф на голову и перекрестилась. Ну все, можно идти. Зайдя в церковь, я подошла к кафедре, где продают свечки. Купив три, я спросила у матушки, с кем мне можно здесь поговорить.
- Сейчас, дочка, батюшка выйдет, ты к нему подойди, - она приветливо мне улыбнулась.
- Хорошо, - ответила я.
Повернувшись к Алексею, я отдала ему две свечки.
- Это зачем? – поинтересовался он.
- Подойди и поставь вон туда и туда, - я указала пальцем на две иконы, Божья Матерь и Николай Чудотворец.
- Хорошо, - ответил он.
- Ты меня если потеряешь, жди в машине, окей?
Он кивнул головой. Я повернулась в поисках батюшки. Церковь постепенно заполнялась пожилыми бабушками. Я увидела молодого мужчину в черной рясе. Подойду к нему. Я быстро двинулась, пересекая пространство церкви.
- Доброе утро, - я коснулась его плеча, он обернулся.
Молодой парень, наверное, ему лет 35. Он улыбнулся.
- Да, я вас слушаю.
- Мне поговорить с кем-то надо.
- И поэтому вы пришли в церковь?
- Да.
- Хорошо, пойдемте, выйдем на улицу, - он взял меня под локоть и повел к выходу.
Я еле успевала за его быстрыми шагами. Мы вышли под ослепляющее солнце и сели на лавочку. Он приветливо улыбнулся, говоря тем самым, что я могу начинать. Я глубоко вздохнула.
- Я в том году в феврале друга потеряла. Он умер от рака легких. За 4 месяца… За эти 4 месяца он превратился в ходячий труп… Но, знаете, я справилась. Жить дальше начала… Да, больно было, но я справилась. А в этом году, 29 апреля у меня друг погиб от огнестрельного ранения. Лучший друг, я его с детства знала. Мы по двору вместе бегали, в прятки играли… А потом он с родителями переехал в Питер, я к нему каждое лето ездила. А в начале апреля он женился. А я на свадьбу не приехала. У меня завал в универе был. Курсовую писала… А потом он погиб. А я его так и не увидела. Лишь тело в гробу с закрытыми глазами. Такой холодный и пустой… У него на лице испуг остался. Он, наверное, ничего не успел и понять тогда. А четвертого июня его жена умерла. Девочку Кирой звали. Она беременна была. А в аварии ребенка потеряла. А тут ее взяла и машина сбила, прям насмерть… - я посмотрела прямо в его глаза. – Я не знаю, как мне жить сейчас! Слышите? Не знаю! Мне тяжело, мне больно! Старая рана открылась и закрываться не хочет… Он мне каждую ночь снится. Когда живой, а когда и мертвый. Я устала просыпаться в кошмарах! Я не знаю, что мне делать! Я от мира закрылась. Я…Я… Мне больно!
- Я не могу утешить твою боль. Ты должна сама справиться…
- Хм, и сейчас вы скажете, что это все мне уготовлено Богом? – перебила я его, - А им? Им это тоже уготовлено было?! И рак, и перестрелка, да?!
Я резко встала, взмахнув руками.
- Как же легко все свалить на Бога! Он уготовил нам такую судьбу! Глупая судьба, глупая! Я не хочу такую жизнь, слышите?! Не хочу!!! – я резко развернулась и пошла к машине, на ходу снимая шарф и вытирая слезы.
- Эй, ты чего плачешь? Лера, что случилось? – Алексей уже стоял около машины.
Он сделал шаг в мою сторону, но я остановила его рукой.
- Все нормально, - ответила я, смахнув слезы с глаз.
Все нормально. Ты справишься. Ты должна справиться. Ради мамы… Хотя бы ради нее…
- Алло, мам, привет. Ты звонила? – весело начала я, натягивая на губы улыбку.
- Да, звонила. Ты как там? Готовишься? – мама успокоилась.
- Да, готовлюсь. Я нормально. Мам, я пойду читать, ладно?
- О! Конечно, солнышко. Я вечером позвоню.
Я отключила телефон и развалилась на полу у себя в комнате. Тишина в квартире служила моим успокоительным. Бабушку на неделю отправили в санаторий. Благо ей там было не скучно, с ней отдыхала ее старшая дочь, моя тетя. Меня оставили одну, и я была благодарна за это. Одной страдать было легче. Так я хотя бы не причиняла боль близким. Правда, друзья все равно замечали во мне изменения. Я оттолкнула всех от себя. Звонки стали редкими событиями. А встречи вообще исчезли, ушли в небытие. Я усмехнулась и, встав с пола, включила компьютер. Залезла в интернет, начала искать билеты, параллельно общаясь в сети со своими сетевыми друзьями. Помню, где-то была картинка со словами: «не верь холодным эмоциям экрана!». Так это про меня. Глупые улыбающиеся скобки, безликие смайлы… «Как твои дела?» - писали мне в сообщениях. «Замечательно. Лучше всех!» - отвечала я, ломая очередной карандаш и резко вставая со стула. Вот и на этот раз, прочтя очередное позитивное сообщение, я не выдержала и разбила стеклянный стакан об стенку. Ого! Вот это проявление эмоций. Так, Лера, успокойся.
- Тихо, хватит, не мучай себя. Забудь… - прошептала я вслух.
Сев на окно, закурила сигарету и посмотрела вниз. Знаете, самое обидное, на мой взгляд, когда летишь вниз, полет быстро кончается. Не успеваешь насладиться последним моментом в своей жизни. Ну вот к примеру, прыгнуть с моста высотой 75 метров. В воду вы упадете через 4 секунды. Разве это много? 4 секунды! Причем кайфа в полете вы даже не успеете почувствовать, скорость будет больше 140 км\ч. И упав в воду, вы разобьетесь насмерть. А что уж говорить о полете со 2 этажа? Даже умереть быстро не смогу. Хотя, если только головой вниз прыгнуть… А что, если все равно выживу? Останусь инвалидом…
- Хватит! – воскликнула я, останавливая сумбурный поток моих мыслей.
Ладно, надо пойти поесть хотя бы. Я и так похудела… Зайдя в кухню, я достала из холодильника сыр, 2 огурца и петрушку. Вымыв все это, нарезала тоненькими ломтиками сыр и вприкуску все это съела, запив стаканом воды. Нда, надо бы осколки убрать. Взяв веник и совок, я зашла в свою комнату. Стрелки на часах говорили о том, что уже вечер. А на улице солнце светит, жарко, лето… А мне жить надоело. Я вздрогнула, услышав звон телефона.
- Алло, - устало ответила я.
- Привет, солнце, что делаешь? – в трубке был голос Ильи, он один из немногих, кто по-прежнему общается со мной.
- Привет, Илюх. У тебя номер другой?
- Да, Лер. Как твои дела? Голос какой-то не такой… - начал он осторожно.
- Все нормально.
- Ммм, ну тогда пошли погуляем? Игорь, Джон, Саня… - в голосе слышалась мольба.
- Я не пойду, Илья. Я к экзамену готовлюсь. Прости, мне некогда. Позже погуляем, хорошо? Ребятам привет передавай…
- Я так и знал, что ты это скажешь. Ладно, я попробую вытащить тебя завтра. Пока, солнце! – грустно сказал он и отключился.
Хм, ладно, программа максимум сегодня выполнена. Теперь можно посмотреть телевизор. Хотя я давно уже не вижу то, что там показывают… Да и кому какая разница? Все смирились с тем, что я замкнулась. Раз тебе так легче, Лера, живи так. Ты уже большая, сама справишься. Вот я и стараюсь справиться с той болью, которая сжигает меня изнутри, оставляя на сердце не заживающие раны. Душа отчаянно рвется наружу, ей больно, она кричит внутри меня, а я, стиснув зубы, продолжаю жить. Упорно хватаясь за это глупое слово «жизнь». Ведь я же не эгоистка? Пожалуй, нет, пожалуй. Я не смогу причинить еще большую боль тем, кто сейчас со мною рядом. Ох, а на улице уже темно. Надо ложиться спать. Я выхожу в комнату, кот тут же подбегает ко мне.
- Черт! Я забыла тебя покормить! Идем, сладкий, - я достаю колбасу из холодильника и молоко.
Отрезав толстый ломоть колбасы, я покрошила его на маленькие кубики и ссыпала в миску коту. Достала блюдечко и налила туда молока. Ну а теперь душ и сон.