«ЛЕВ И РЕКА»

captan N СКАЗКА - ПРИТЧА «ЛЕВ И РЕКА» В те времена, когда земля была еще девственно чиста, когда кристальные реки ложились линиями жизни и судьбы на ладонях ее благоухающих лесов и прекраснейших саванн, когда малочисленные племя людское только что вышедшее из своей колыбели еще не могло причинить ни какого вреда природе, а лишь уповало на волю ее, в те далекие времена на планете безраздельно властвовали животные. И жил в то время огромный лев, наделенный безграничной властью над всеми зверьми, птицами и растениями. Все преклоняли колено перед его красотой, силой и мудростью, от гигантских тварей морских до насекомых мелких, от деревьев исполинов до травы и цветов. Даже ветер гордый был подвластен ему, и по воли его менял направление и силу свою. Только бабочкам прекрасным ласкающим взгляд подарил Лев свободу в знак благодушия своего. И вот однажды в солнечный погожий день, обходя свои безграничные владения, немного уставший лев услышал мелодичный шум. Пробравшись сквозь сельву, сплошь переплетенную лианами и буйной кустарниковой растительностью, он вышел на каменный приступ. Его глазам предстала потрясающая по красоте картина, фундаментальное чудо, невероятно высокий, высотой в версту, упругий пенисто-белый водяной столб, упругая и невероятно женственная струя потока, низвергнутая с плоскогорья лесостепи в пропасть, на дне которой возрождалась в стремительном течении реки, прерванным этим сумасшедшим прыжком. Мелкие крупицы воды рассеянные в воздухе рождали десятки великолепных полноцветных радуг, и своей нежной прохладой лаская бархатную кожу и великолепную густую гриву Льва. После долгого, теплого, почти жаркого дня, Лев испытывал приятную негу, перерастающую в совершенное блаженство, одновременно любуясь игрой цветов сквозь призмы капель. Обратив свой взор к подножью водопада, он заметил роскошную белую кобылицу, пришедшую к реке утолить свою жажду. Лошадь также как Лев, наслаждалась прекраснейшим видом и божественной прохладой воды. И взревел Лев, взревновав реку к лошади, и ревом своим велел скрыться кобылицы, оставив его одного вкушать все это великолепие. Но рокот водопада заглушил властный рев, не донеся его до слуха кобылицы. Она еще несколько минут нежилась в ласкающей водной пыли, утолила свою жажду и стремительно скрылась в лесной чаще. Тогда разъяренный Лев обратился к водам реки: « Вода реки прекрасной, преклони голову перед великолепием моим и властью, перед силой и мудростью, и дари впредь расположение свое лишь мне, первому и единственному властелину этого мира». Промолчали воды в ответ, и лишь в шуме падения их, еле различался голос полной свободы и неподвластности своей. И разъярился Лев, больше прежнего, и решил наказать воды реки, подавить волю их и заставить смириться с властью его. Долго думал Лев, шесть дней и ночей, провел он в размышлениях трудных, как доказать власть свою. И на седьмой день, призвал он к себе животных разных, зверей и птиц, и велел им построить платину огромную, дабы преградить свободное течение реки. Триста дней пытались животные побороть течение, несколько раз их строение смывало и уносило бурным потоком. И на триста первый день воды были все же заточены за огромной преградой, пропускавшей через себя лишь маленький ручеек и скрывавшей огромную непокорную бурлящую силу, мощь которой росла день ото дня. Подождав шесть дней с момента заточения, на седьмой день Лев гордо подошел к струящемуся ручью и снова властным рычанием обратился к водам «Река, теперь ты видишь силу мою и власть. Смирись и повинуйся мне, иначе навечно останешься ты в заточении!» Ни чего не ответила владыке вода, и лишь скопив массы свои и силу огромную, рванулась она всей своей непокорной душой через края платины, в следующую секунду разметав оковы свои в клочья, оставив безрезультатным многодневный труд. Еле унес ноги, чуть было не погребенный громадной волной, Лев. Еще больше разозлился он на горделивую реку. И снова шесть дней провел он в постоянных раздумьях, о том, как подчинить себе воды, лишь окруженный великолепными бабочками. И на седьмой день, поднявшись вверх по течению, приблизился Лев к озеру горному, в котором брала свое начало река. И вновь призвал властелин зверей и птиц, и приказал им отвести все ручьи от озера, и утолять жажду свою только в озере этом, и запретил им охотиться и пастись пока не будет осушен водоем, дающий рождение реке. И ветру повелел он не нести облака дождевые в сторону озера. И отвели животные ручьи от озера и стали пить воду из него, и на протяжении семидесяти семи дней пытались опустошить они запасы воды, пока медленно не погибли все, от голода и отравления. Но не на локоть не уменьшалась вода в озере, ибо не знал Лев, что не только видимым питаются воды, дождями и ручьями, но и невидимым, источниками подземными, чья полноводность неисчислима. Остался Лев один у озера, без подданных своих и со злостью невыносимой, лишь только бабочки, порхавшие вокруг, да растения густые скрашивали его одиночество. И шесть дней метался Лев, пытаясь найти ответ как покорить реку. И на седьмой день взмолился он к солнцу, защитнику своему и покровителю, и просил его наказать непокорную реку, иссушить ее жаром своим, сжечь огнем воды ее. И неистовым рвением всполохнуло небесное светило, усилив тепло лучей своих многократно, выжигая реку, а вместе с ней и все вокруг. И на седьмой день пекла адского, зароптали ко Льву бабочки, умоляя остановить Солнце. Но не внимал их просьбам Лев, безумной ненавистью воспылавший к реке. И пали бабочки завязающими цветами на полотно пожелтевшей травы. И на сороковой день возроптали деревья, умоляя Льва остановить Светило, но и их не послушал гордый лев. И на семьдесят седьмой день невыносимой жары подполз еле живой Лев к оставшемуся от некогда полноводной реки ручейку, и, собрав последние силы, обратился к умирающей реке: « Теперь то ты видишь силу мою и власть? Зачем нужна тебе эта свобода?» Но ни чего не ответила ему река, лишь в иссякшем потоке своем унесла его последнее слово … свобода! На следующий день перед взошедшим Солнцем предстала выжженная пустыня, посреди которой у пересохшего русла реки, лежало худое, изрезанное трещинами, с остатками прежней гривы, тело погибшего Льва.