Долой войну, давай траву!
Иногда по новой убеждаешься, что редкая человеческая гениальность не редко выливается именно из заднего прохода. Так произошло и в этот раз, когда прочитал, что глава комиссии Бундестага по правам человека и представитель партии "зелёных" Том Кёнигс (Германия) высказался по поводу наркополитики в стране. Он заверяет, что победа над продажей и употреблением наркотиков может состояться лишь путём лигализации. То есть конкретно это звучит так: "Долой борьбу, давай траву!" (После данного высказывания нужно сперва оторваться от чтения, передохнуть и суметь проглотить комок вставший в горле). Проблема такого высказывания лежит вовсе не в плохом образовании политика, а в точке зрения. Смотря лишь на финансовую сторону проблемы и эффективность работников спецслужб создаётся впечатление бестолковой траты времени и средств, которое складывается и у меня. Но еcть и ещё одна сторона медали, которая не была усмотрена. Политики такого масштаба врятли бывают в социально-слабых районах, врятли видят изнутри (да и снаружи) станции метро, которые являются основными точками, врятли бывали в квартирах-притонах или даже просто в детских комнатах, где собираются школьники-друзья после уроков с бонгом, ведром, бульбулятором (и чего ещё только нет) и приставкой, врятли слышали реально этот накуренный смех, переходящий в грудную боль, врятли видели эти протёртые стены подъездов и чёрные от копоти зажигалок фольгу на полу. На этом месте можно сказать, что всему этому придёт конец и молодёжь будет спокойно сидеть в кофешопах и заниматься своим любимым делом. И если кому-то сказанное выше казалось отвратительным, то в будущем станет даже привлекательным. И если в Голландии после лигализации лёгких наркотиков в 1976 году прошло более 30 лет прежде чем количество кофешопов стало сокращаться и регистрацию новых запретили, то встают вопросы: сколько же за это время было скурено, сколько крови затравленно, сколько прибыли растрачено, сколько мозгов засушено, сколько детей убито?
Лично мне как-то не хочется слышать от своих детей, мол, пап, если бы наркотики были опасными для меня, то они были бы запрещенными. А если они свободно продаются, то ты не можешь мне их запретить.















